ал он удовлетворенно, разжевав. - Нектар, право слово.
   Посмотрел на меня:
   - Чего тебе из женевских шопов привезти, внука? - и перешел на английский:
   - I know it"s not a problem to buy anything in Питер. But, what about something for fun?
   - I prefer good Japanese dictaphone, - ответила я, подумав. - Мой что-то последнее время барахлить начал.
   - Может быть, батарейки сели? - спросил дед.
   - Меняла недавно. Do you have a cash?
   - Dont worry, dear, - засмеялся дед. - Я за эти восемь лекций столько денег получу - девать некуда будет. А еще что привезти? Для души? - спросил дед.
   - Автомат "Узи", - брякнула я. - И ведро патронов.
   Дед смачно захохотал, показывая два ряда белоснежных, как у юноши, зубов.
   - Эт-та можно. Но заметут меня, как пить дать заметут! - еле выговорил он. - Прямо на таможне и повяжут. И весь ЮНЕСКО не выручит!
   - Филипп! - укоризненно сказала бабушка. - Что за выражения? Фу!..
   - Виноват!
   Дед наклонился и чмокнул бабушку в тонкое запястье.
   - Знаете что, дорогие мои, - сказала я. - Пойду-ка я, прилягу, пожалуй. Что-то я сегодня подустала, слишком много дел навалилось. Вы меня извините, хорошо?
   - Конечно, конечно, Лёлечка, - засуетилась бабушка. - Я велю Дашеньке принести к тебе в комнату перину.
   - Спасибо, бабуля. Нет причины ее беспокоить. У меня там целая куча теплейших пледов, - ответила я, по-обезьяньи переходя на дедулин академическо-книжный слэнг.
   Я поднялась и поцеловала маму в щеку.
   - Очень вкусно, ма...
   По слабо освещенному, казавшемуся еще выше от бесконечно высоких книжных шкафов многоколенчатому коридору я понуро добрела до своей комнаты. До бывшей своей комнаты. Светелки. Хотя, впрочем, она в этом доме так и осталась навсегда моей. Комнатой единственной и ненаглядной дочки и внучки.
   Я достала из шкафа несколько маленьких подушек-думок