Я молча и презрительно наблюдал за его суматошными метаниями, и - мать его в душу! - эти истерики уже начинали мне действовать на нервы. Потому что мы опять сидели в его квартире - но теперь только Игорь, я и, естественно, Пухлый. Сидели уже давно и безрезультатно. За окнами стояла хмурая дождливая ночь, пепельницы были полным полны окурков, по слабо освещенной комнате пластами стелился табачный дым. Мы ждали звонка Андрея.
   - Не суетись под клиентом, Пухлый, - брезгливо процедил я сквозь зубы.
   Он остановился на мгновение, перестал бормотать себе под нос что-то неразборчиво-жалобное. Растерянно посмотрел на меня, на ссутулившегося в углу Игоря.
   - Может, нам самим позвонить ей? - нерешительно предложил Игорь, бросив на меня короткий взгляд исподлобья.
   - Ради Бога, можешь попробовать, - бросил я ему безо всякого раздумья.
   Игорь взял со столика бумажку с номером телефона, сверяясь с ней, стал нажимать на кнопки.
   - Только вот что ты ей скажешь? - ехидно поинтересовался я у него. - Будешь представляться? А напоминать о недавнем знакомстве будешь? Нашему милому палачу?
   - Я?..
   Игорь растерялся, замер. Потом быстро нажал на рычаг телефонного аппарата.
   - Дай сюда трубку, - сказал я. - Набирай снова.
   Я взял трубку. Виктор остановился посреди комнаты и уставился на меня с таким видом, словно я святой Франциск и сейчас же, прямо на его глазах сотворю невероятное чудо, - и все сразу развеется, как кошмарный сон.
   Щелчок. Соединилось. Я сидел, глядя на ребят и слушал длинные гудки. Потом линия автоматически отключилась и в трубке заверещали прерывистые гудки отбоя.
   - Не отвечает, сука поганая, - сказал я, опуская трубку на аппарат.
   Игорь и Виктор молча смотрели на меня. Я обвел их взглядом.
   - Ну-с, подельщики, что делать будем? Сразу в ментовскую пойдем сдаваться или как? - спросил я их.
   - Может,