ачала покрывать надвигающаяся тьма, и я взмыл вверх.
   Я видел, как где-то далеко внизу встречная "Татра" ударила "вольво" почти что в лоб, сковырнула с узкого шоссе и выбросила на обочину. Моя машина, скомканная, полусплющенная от чудовищной силы удара, несколько раз перевернулась, врезалась в толстый придорожный тополь и из салона через остатки лобового стекла вылетело мое тело. Оно покатилось и смятой тряпичной куклой застыло на грязной осенней траве. В "вольвешнике" что-то фукнуло, выскочил язычок пламени, потом фукнуло еще раз, полыхнуло уже по-настоящему и столб бело-оранжевого пламени от взорвавшегося бензобака осветил то, что еще несколько секунд назад мной.
   Но я уже почти не видел это, я летел, кружась и размахивая руками в надвигающийся на меня из темноты бесконечно длинный и тоннель света, в конце которого росло, росло и наконец поглотило меня теплое и спокойное сияние.
  
  Глава 31. СВИДЕТЕЛЬ.
  
   Поленья в камине прогорели. От углей, крупных, как куски полуостывшей лавы, волнами шел ощутимый даже на расстоянии жар. По углям пробегали золотистые искры.
   Было очень-очень тихо. Молчал телефон. Молчали и мы с Ольгой. Я по-прежнему полулежал на диване, она теперь сидела чуть в стороне, в кресле. Посмотрела на часы.
   - Почему он не звонит? - спросила она.
   Я неопределенно покачал головой.
   - Позвонит еще... А может быть, не смог дозвониться и уже едет сюда. Он наверняка понимает, что раз я с вами - то и он будет здесь в безопасности.
   Я покосился на карабин, который она переставила поближе к креслу, поближе к себе.
   - Это, надеюсь, не для Сани? - попытался я пошутить, кивая на оружие.
   - Что? - непонимающе вскинула она голову.
   - Карабин... Для чего сейчас-то он вам?
   - Для уверенности, - ответила она.
   - А стрелять-то вы умеете? Или рассчитываете на меня? Как на пусть не очень полновесного, но мужчину?