укожились вороны на старой березе. От недалекой станции донесся гудок электрички. А вот и она. Я увидела за силуэтами домиков и деревьев ее проскользнувшее в сторону Питера грязно-зеленое суставчатое тело.
   Я подошла к двери и нажала кнопку звонка. Прислушалась. За дверью послышался шорох.
   - Андрей, это я! - крикнула я.
   - Ты одна? - послышалось из-за двери.
   - Да, Андрюша, одна, одна...
   - Предупреди их, если они там, с тобой: попробуют войти - уложу на месте!
   - Да одна я, черт возьми, открывай!..
   С перепугу я забыла про наш импровизированный пароль и только сейчас с опозданием заорала:
   - Милый, пора вставать!
   Дверь толчком распахнулась и прямо мне в грудь уставился ствол карабина. Андрей, уже в джинсах и свитере, стоял в прихожей и лицо у него было...
   - Что ты сказала? - недоумевающе спросил он, глядя за мою спину. - Я уже встал.
   - Ничего, ничего, - я бросилась ему на шею.
   Мы замолчали. Обнимала - одна я, потому что в одной руке, здоровой, он держал уже ненужную железяку, а вторую из-за раны просто еще не мог поднять до конца.
   Я с трудом оторвалась от него, втянула в прихожую и захлопнула дверь.
   - Почему ты сидишь без света? - спросила я, нажимая кнопку выключателя.
   - Чтобы целиться было удобнее, - в голосе его я не услышала иронии.
   Мы прошли в холл.
   - Одевайся, милый, - сказала я.
   - Зачем, Оля?
   - Я тебе по дороге все расскажу. Нам опять надо ехать.
   Он вздохнул, посмотрел на меня, но больше ни о чем не стал расспрашивать. Я помогла ему натянуть куртку и поверх куртки повязала свой длинный ярко-желтый шарф.
   - Никого не было? - на всякий случай спросила я.
   - Вроде нет... Хотя... Нет.
   - Звонки?
   - Тоже нет.
   - Пошли.
   - А это? - он кивнул на карабин.
   Я взяла карабин, разрядила его и вытащила магазин. Сунула карабин в чехол