живущей с послереволюционных времен в New Zealand, а именно каком-то приморском городке с туземным невыговоримым названием.
   И репортажи, статьи, снимки в газетах и журналах - сначала здесь, а потом, благодаря идущей вовсю glasnost & perestroyka, и у них, за бугром. Спасибо вам низкое, m-r говнючий Gorbi! Gorbi at Urby, как говорят в нашем православном народе, за то, что развалили Империю. М-да… Но во многом я пользовалась полной свободой благодаря безупречной репутации и долгой правильной жизни деда, которая продолжается и по сей холодный осенний день, и - дай Бог ему здоровья, будет продолжаться и далее. А также благодаря тому, что говорить по-английски меня начали учить чуть раньше, чем по-русски. И посему в данный момент я есть то, что профи-переводчики называют каким-то земноводным словом "билингва".
   Дальше было так - случайное знакомство однажды в какой-то очередной летней каникулярной командировке в Сибири, а еще точнее - в селе, на обском притоке, таежной речке Чае: от берега до берега - половина корта для lawn-tennis. "Не отчаивайтесь на Чае, пейте девки больше чая." Это я лично придумала - цитируйте, потомки ибн потемки. Таа-а-ак... Еще треть стакана коньяка. Закуски под рукой нет и не предвидится. Сплошное отчаяние. На Чае я познакомилась с Сережей. Как?..
   Тогда он, питерский хирург Сережа, живая легенда на бескрайних просторах Западной Сибири, был еще достаточно молод. Уехав когда-то из Питера по распределению на три года в Томск, стал там со временем местным светилом. По срочным вызовам летал вертолетом в медвежьи углы, кромсал ланцетом тела молодых советских нефтянников-газовщиков и в промежутках между полетами на операции в глухие поселки писал диссертацию, знакомился со мной и играл в волейбол. Ну, прямо как Ельцын. Не пугайтесь - они играли в разных командах. Ха-ха! Это юмор.
   А я при этом еще умудрялась возвращаться в Питер, прилично