Да, - ответил я.
   Она помолчала.
   - Отдашь машину хозяину?
   - Да. Только не в Туапсе, а в Сочи.
   Я решил выложить еще часть правды. Ведь после всех приключений мы были, можно сказать, заодно. В конце концов я почти ничем не рисковал: я не собирался везти ее к Балабухе. И к тому же, чего скрывать - она мне нравилась с каждой минутой все больше и больше.
   Мое признание, кажется, совсем ее не удивило. Она только хмыкнула:
   - Надо же, как все склеивается. Мне ведь тоже именно в Сочи надо попасть.
   - Да ну?
   - Да. Родители у меня там отдыхают.
   - Значит, ты тоже решила отдохнуть перед занятиями?
   - Не совсем, - уклончиво сказала она. - А ты?
   - Что - я?
   - Сегодня же назад в Москву?
   - Да. Вечерним рейсом.
   Она опять помолчала. Я спросил:
   - А как тебя по-настоящему зовут, я могу узнать?
   - Можешь. Так и зовут - Лена... Хотя, в принципе, все это неважно...
   - Что неважно?
   - Да все... Плевать.
   Я покосился на нее:
   - Тебе когда в институт?
   - В институт?.. А-а, кажется, дней через десять.
   Некоторое время мы оба молчали. Потом я сказал:
   - Слушай, хоть ты и очень боишься самолетом летать, может все-таки один раз проявишь героизм? Сегодня вечером. Из Адлера в Москву?..
   Хиппоза долго молчала, насупившись, а затем, не поворачивая головы, ответила:
   - Да я не то что боюсь летать... Я в аэропортах боюсь показываться. Там милиции много и... - она не договорила. Потом продолжила:
   - Просто я позавчера, еще в Москве, в одну неприятную историю влипла. Вот и трясусь теперь, как заяц. Собственной тени боюсь.
   Она задумчиво покачала головой и добавила:
   - А может, я все преувеличиваю. У страха глаза велики.
   - Что за история, Лена? - спросил я.
   - И живу я на самом деле не в Питере, а в Москве. Недалеко от тебя, кстати, - пробормотала она, словно и не слыша моего вопроса.
   Некоторое время мы ехали