едва прикрытой бахромой коротких шорт. Не уверен, что она специально так делала. Но зато я абсолютно уверен в другом: эта негодяйка точно знала, что я не свожу с ее задницы глаз!
  
  ***
  
   На перекрестке я свернул налево. Потом дорога пошла вверх, перпендикулярно побережью и я, наконец, выехал на нужную мне, знакомую тихую улицу, утонувшую в тени деревьев. Длинная извилистая улица была сплошь застроена домами, прятавшимися в глубине дворов и садов. Дома были в основном старой застройки. Двух-трехэтажные, городские и сельского вида. Но попадались среди них и новенькие особняки, и просто особнячищи.
   Я как обычно припарковал машину, не доезжая метров двухсот до дома Балабухи, стоящего дальше, за поворотом улицы. Отсюда он был мне не виден. Прежде чем идти к клиенту, я всегда проводил небольшую разведку. Так, на всякий пожарный.
   Выключив двигатель, я поставил бимер на сигнализацию и пошел через улицу в маленький запутанный дворик старого белого дома, похожего на корабль, который давно забыли отбуксировать на корабельное кладбище. Было тихо и безлюдно. Я был здесь уже не в первый раз. Поэтому я уверено прошел этим двором в другой, такой же маленький и домашний. Там росли высоченные древние деревья, накрывшие весь дворик и стены домов своей прохладной тенью. Неподвижно висело белье на веревках, карабкался по решеткам сараюшек виноград, и возле пальм увлеченно раскачивалась на качелях маленькая девчушка в ситцевом выгоревшем платьице. Качели ритмично и очень противно скрипели. Она не обратила на меня ни малейшего внимания.
   Я обогнул оштукатуренную стену дома и оказался в тупичке перед знакомой сетчатой оградой. За ней в глубине густого ухоженного сада чуть боком ко мне стоял дом дом Балабухи. Роскошный, недавно выстроенный двухэтажный домина. Я его, естественно, увидел. И тут же быстро отпрянул назад, в тень дерева.
   Когда-нибудь, рано или поздно, думал я в тот момент, все на свете кончается. Эта прописная истина