- Тройская. Это тридцать один с небольшим граммов золота. А это ведь, - кивнула я на слитки, - чистое, девяносто девятой пробы. Значит, будем считать, примерно десять баксов за грамм. Ита-аак...
   Я думала лишь несколько секунд. С устным счетом у меня всегда было хорошо. Килограмм потянет на тридцать тысяч. Тут - шестнадцать килограммов. Понятно.
   - Здесь как минимум четыреста восемьдесят тысяч долларов, Ловкач, - ткнула я пальцем в слитки.
   - Ну, и что?
   - Мы сюда вместе ехали, Ловкач?
   - Ну.
   Он явно не понимал, куда я клоню.
   - Если бы нас менты с золотом застукали, мы бы вместе загремели?
   - Ну.
   - Не нукай, не запряг. Значитца так, Ловкач. Я - не твои злобные бандюги. Меня вполне устроит пятьдесят процентов от данной суммы. Это будет по-джентльменски. Гони половину золотишечка!
   Я посмотрела ему прямо в глаза. Он уставился на меня так, словно перед ним материализовалось привидение:
   - Прямо сейчас?
   - Ага, - внутренне я веселилась от души. - Прямо сейчас. Гони, гони. Я сама со своей долей разберусь. Мне шубу на этот сезон покупать надо. Соболью. Гони.
   Насчет шубы я приврала - она у меня уже есть. И не одна, две. Правда, не из соболей - длинная из чернобурки, покороче - из норки, подарки папули с мамулей. А вот из соболей действительно не помешает. Я представила себя в широкой, почти до щиколоток шубе колоколом и такой же, из соболей, шапочке. Я такую совсем недавно видела в "Галерее Актер". К ней прикуплю навороченные сапоги из шкуры пони с "коровьим" рисунком, от Fendi, потом еще пары четыре, нет, пять итальянских лайковых перчаток в тон к шубе и сапогам, потом...
   - Хорошо, - вернул меня на землю его голос.
   Он отделил от кучки восемь брусков и пододвинул их ко мне.
   - Забирай.
   Вот так, милая. Он, конечно, не жадюга. Но неужели он, взрослый мужик, не понимает, что на самом деле мне от него нужно? Я криво ухмыльнулась, не притрагиваясь к