едь третьим, следом за милой болтливой старушкой с тяжелыми серебряными серьгами в ушах. И, оставив ее сидеть в холле банка, вышел на улицу покурить. Отошел в сторону, чтобы не светиться лишний раз. Спрятался от дождя под козырьком соседнего дома и закурил. Снова прокрутил в голове свой план. Вроде бы, тьфу-тьфу, я все предусмотрел. Хотя уже есть небольшой прокол со временем открытия банка.
   Я так рассчитал, что у меня в запасе будет, начиная с сегодняшнего утра, фора по крайней мере часов в двенадцать. "БМВ" я действительно поставил на стоянку. Но не в том месте, где было условлено, а в другом. На платной автостоянке на другом конце Сочи.
   Я предполагал, что когда антоновы ребятишки напрасно прождут меня и "БМВ" на стоянке возле "Жемчужины" и доложатся об этом хозяину, Антон немедленно забьет тревогу. По логике, он будет крутить три варианта.
   Первый: я смылся вместе с машиной. Это маловероятно - в документах значится фамилия Балабухи, любой гаишник может меня остановить в любой момент, фамилия в городе известная, про арест все уже наверняка знают - и мне конец.
   Второй: я бросил машину и исчез в неизвестном направлении.
   Третий: меня арестовали и машина уже в милиции.
   Для Антона главное - золото. Поэтому он начнет в первую очередь отрабатывать второй и третий варианты. Он поставит на уши всех своих дружков в Сочи, и они тут же выяснят, что в милиции меня нет. А потом обязательно разыщут машину. Рано или поздно. Скорее всего, уже сегодня к вечеру. И обнаружат, что посылочка-то - тю-тю. Конечно, Антон тут же пошлет своих людей ко мне домой и в мой банк. И, естественно, не обнаружит ни меня, ни денег. И вот тогда на меня начнется уже серьезная охота. Но к тому времени я буду далеко.
   Мне не составляло особого труда после первых же слов лениного рассказа понять, что мой Антон и ее дон Антонио - одно и то же лицо. Но я не предполагал, что Антон в своих делах может зайти так далеко - торговля кокаином,