. Там, у входа стоит мой "джип". Садись в него. Обязательно на заднее сиденье. Ты все поняла?
   - Да, - еле слышно прошептала она.
   Я поцеловал ее в холодную щеку и легко подтолкнул к открытой стеклянной двери. Мне было видно, как она добрела до выхода из дома и неуклюже забралась в джип. Я дождался, пока она закроет дверь и повернулся к Антону.
   - Ну, вот видишь, я свое слово сдержал. Теперь дело за тобой, - сказал Антон. - Золото?
   - В моей машине. В багажнике, под брезентом.
   Антон мотнул головой и Женя выбежал из гостиной.
   - Упрямая у тебя подружка, невоспитанная. И злая, - усмехнулся Антон. - Но ничего, мы с ней справились... Знаешь, даже жалко, что она не твоя дочка.
   И добавил:
   - А ты, Саша, все-таки неисправимый гуманист. А ведь вроде как воевал, людей убивал. Дочка... Смешная барышня.
   За моей спиной послышались частые торопливые шаги. В гостиную почти бегом вошел Женя. На руках, словно охапку дров, он с видимым напряжением, - все же в них был целый пуд, - нес стопку плоских деревянных ящичков. Женя осторожно опустил ящички на антикварный столик перед креслом Антона. Антон открыл крышку верхнего ящичка. Я увидел, как тускло сверкнули уложенные рядком золотые слитки. Женя и лопоухий уставились на слитки. Даже недреманный Рыжий чуть отвел от меня ствол своего "винчестера" и глаза, ослепленный тусклым, завораживающим блеском золота. Еще бы - перед ними лежало почти полмиллиона долларов. Я уж не говорю про охранника за моей спиной - в зеркало было видно, как он непроизвольно сделал пол-шага вперед и даже шею вытянул, чтобы получше рассмотреть слитки. Теперь ствол его "калашникова" покачивался еще ближе, уже всего лишь в полуметре от моей спины. Что мне и надо было. Антон нежно погладил пальцами золото, улыбнулся. Поднялся с кресла.
   - Ну, все? Мы в расчете? - скучным голосом спросил я.
   Антон посмотрел на меня и громко, напыщенно заговорил:
   - Нет, Саша, нет. Мы еще не