хнулась от меня, как от надоедливого насекомого:
   - Прекрати. У меня там где-то еще есть. Много.
   В этом я не сомневалась.
   Мы с ней быстро обговорили последние детали нашей боевой операции и стали одеваться. Все свои шмотки я сложила в белый рюкзачок, который нарыла в шкафу Хиппоза. А оделась я в то, что она мне дала: футболку, теплую американскую солдатскую куртку, гольфы и кроссовки. Размер обуви, слава Богу, у нас был один. Джинсы я тоже не поменяла, осталась в своих. Потом для полноты картины Хиппоза натянула мне на голову бейсболку с эмблемой "Лос-Анжелес Кингс", а на нос нацепила черные очки в стиле пятидесятых. И протянула мне, как я ни отказывалась, свой "волкмэн" и несколько кассет. Чтобы веселей в полете было. Полюбовалась на творение рук своих и довольно сказала:
   - Круче тебя только яйца, выше тебя только звезды. Я бы на месте твоих бандюг испугалась.
   И добавила деловито:
   - Ну, что, еще по косячку на дорожку?
   Я от угощения решительно отказалась и ее уговорила не подкуривать. Потом я сказала, что по дороге в аэропорт должна купить баллончик с каким-нибудь газом - для собственного спокойствия. Хиппоза, не говоря ни слова, снова порылась на своем необъятном столе и показала мне упакованный в пластик приличных размеров баллончик.
   - Это тебе не какой-нибудь там слезоточивый газ, - пояснила она, распаковывая баллон. - Это похлеще. Красный перец и еще какая-то невероятная гадость в распыленном виде. Лупит как минимум на три метра и гарантированно отрубает любого клиента на пол-часа. В Штатах такие у каждого полицейского на жопе болтаются. Поосторожней с ним.
   - Что ты гонишь? - возмутилась я. - Я все же не полная дура, чтобы первому встречному в нос им шибать.
   - Да я не про это, - сказала Хиппоза. - Просто, кажется, именно эту гадость у нас еще официально иметь не разрешено. Так что по-лишнему не светись.
   Я забрала баллон, рассовала по карманам куртки деньги, сигареты