ы и хиппозин паспорт, и мы выкатились из квартиры.
   Я думала, что мы двинем ловить тачку, но Хиппоза решительно поволокла меня за угол дома.
   Там, зажатые глухими брандмауэрами кирпичных домов, притулились рядком несколько старых железных гаражей. Хиппоза повозилась с амбарным замком на обшарпанных воротах одного из них, распахнула створки и исчезла внутри. Из темноты гаража раздалось утробное урчанье и подвывание, и спустя минуту оттуда довольно-таки резво выкатило авточудовище ядовито-фиолетового цвета с кожаным поднимающимся верхом. К тому же оно было расписано желтыми подсолнухами и белыми ромашками. Чудовище было неизвестного мне происхождения и явно древнего возраста. Может быть, оно родилось еще до второй мировой. За рулем монстра восседала Хиппоза. Вид у нее был донельзя самодовольный.
   - Садись, - заорала она в открытое окно, перекрывая рыканье двигателя. - Только гараж сначала закрой!
   Я была потрясена до глубины души не столько видом допотопного автомобиля, сколько тем, что Хиппоза самостоятельно им управляла. И к тому же весьма ловко, без видимых усилий. Ведь она, как истинный хиппи, всегда питала недоуменное презрение к фетишам машинной цивилизации. В общем, я была удивлена и поэтому молча заперла гараж и залезла в рыдван рядом с Хиппозой. Внутри он оказался на удивление в прекрасном состоянии, даже сиденья были обиты натуральной кожей.
   - О, Господи! Что это? - спросила я, постучав по передней панели, отделанной (ничего себе!) красным деревом.
   - Мой автомобиль, - гордо ответствовала Хиппоза. - Пуппи-Хруппи подарил. На день рождения.
   Пуппи-Хруппи - это бессменный и верный поклонник Хиппозы, один из тех динозавров-хиппи, о которых я уже упоминала. Он, кажется, ровесник моего папули. Пуппи-Хруппи знает сто двадцать семь языков, невероятно образован и постоянно путешествует автостопом в интернациональной компании таких же престарелых хиппарей по всему миру. А когда устает от впечатлений,