нимания. - Не плачь, хорошо?
   Она еще раз всхлипнула и перестала, потом начала рыться в сумочке,
  отыскивая косметическую салфетку, чтобы высморкаться.
   "Шестнадцать - подумал Рико. - Ей исполнилось всего шестнадцать!" И
  вот он сидит в своей машине, как и все остальные на этом субботнем,
  заполненном людьми бульваре, в тесных джинсах и бледно-голубой рубашке, с
  золотой цепочкой на шее, с маленькой ложечкой для кокаина. Да, вот он везет
  свою женщину куда-то ужинать, потом они немножко потанцуют в дискотеке,
  вернутся в его квартиру, в кровать, чтобы второпях заняться сексом. Одна
  большая разница имелась на этот раз. Мерида забеременела от него, у этого
  ребенка будет свой ребенок, и теперь он чувствовал груз возраста и
  серьезной проблемы, которая не являлась ему даже в самом страшном кошмаре.
  Ему представилось собственное лицо - с высокими скулами, смуглое, красивое
  лицо, своеобразное из-за носа, который был два раза сломан и оба раза плохо
  сросся - вообразил, что видит появление вокруг глаз паутины морщин, полосы
  озабоченности, выступающие на лбу. В это мгновение снова захотелось стать
  маленьким мальчиком, играть на холодном полу пластиковыми машинками, пока
  отец с матерью обсуждают побег мистера Габрилло с женой мистера Фернандо, а
  его старшая сестра крутит во все стороны ручку настройки нового
  транзисторного приемника. Ему захотелось стать ребенком навсегда, чтобы не
  волновали тяжкие заботы и проблемы. Но его мать с отцом были мертвы уже
  почти