ивлекло настойчивое подмигивание красной неоновой вывески
  справа от шоссе "Миллиз - Отличная еда. Бифштексы - завтрак круглые сутки".
   "Попрошу-ка я яичницу и немного кофе, - подумал он и повернул на въезд.
  Может и деньжонок на дорогу немного раздобуду заодно."
   Бар Миллиз оказался кирпичной коробкой, выкрашенной в белый цвет, с
  нарисованными и растущими под окнами кактусами. На стоянке-пятачке перед
  зданием жирно и противно пахло тысячью застарелых бифштексов, банок
  чилийского перца и тарелок с яичницей, проданных с выщербленного
  пластикового прилавка. Но у самого входа были припаркованы два старых
  "харли-давидсона", и Кобра задержался на минуту, осматривая их, и только
  после этого вошел в здание. Оба мотоцикла имели калифорнийские номера, у
  одного на бензобаке была нарисована красная свастика.
   Внутри бара вдоль низкого прилавка стойки шел ряд табуретов, а у
  дальней стенки имелся еще ряд кабинок. За стойкой готовил пару гамбургеров
  пожилой человек, лицо которого напоминало смятую наждачную бумагу. Он
  поднял голову, презрительно блеснув глазами, когда Кобра переступил порог,
  отстегивая ремешок своего черного шлема. Кобра уселся на один из табуретов
  к конце прилавка, где он мог в случае необходимости неожиданно и
  стремительно развернуться в сторону двери.
   У стенки бара сидело двое парней. Они занимали одну из кабинок. Оба
  были одеты в кожаные жилеты мотоциклистов - у одного из них выцветший
  коричневой кожи, у другого - из новенькой,