ьше.
   - Вес! - Теперь в ее голосе слышалось предельное напряжение. - Ты
  можешь шутить на сцене, с другими людьми, можешь корчить рожи, менять
  голос, и пусть они думают, что ты живешь, чтобы дать им минуту смеха. Но не
  надевай на себя маску передо мной! Иногда наступает конец всем шуткам. Смех
  умирает. И тебе приходится смотреть на мир без фальшивых очков, смотреть на
  мир в таком виде, в каком он существует на самом деле.
   - О каком мире ты говоришь, милая моя? О пристанище астральных духов,
  я так понимаю?
   Соланж уже отвернулась. Она пересекла жилую комнату, полы халата то
  обвивали ее ноги, то разлетались в стороны, и исчезла в дальнем коридоре.
  Он услышал слабый звук затворившейся двери. "Вот в чем ее проблема! Не
  понимает шуток", - подумал он. Вес встал, пересек гостиную и через короткий
  коридор вышел на кухню, где с полок сверкали медные кухонные
  принадлежности, а стены украшали африканские маски и резьба по дереву. Он
  нашел картонку с апельсиновым соком в холодильнике и снял несколько
  пластиковых капсул с витаминной полки в шкафу. Проглатывая завтрак, он
  почувствовал, что сердце его бьется слишком сильно. Он вспомнил, как
  метнулась к его лицу белая пластиковая планшетка, и он понимал, что Мартин
  Блю ни коим образом не мог быть тому причиной. Он просто не мог заставить
  эту планшетку лететь так далеко и с такой силой - щелчком пальца этого не
  сделаешь. "Он сам, поганец, был перепуган до смерти. Что же это было тогда?
  Духи, как говорит