ая
  смесь позволяла (как, например, требовалось в данном случае) резать
  металл. Эту тележку Турок увез из дока и припрятал здесь, в бывшей
  плотницкой, в самом конце рабочего дня. Конечно, Кокрану могло
  взбрести в голову напоследок проверить склады, но Турок понадеялся,
  что ублюдку станет лень. И не ошибся.
   Турок с величайшей осторожностью покатил тележку по сходням:
  агрегат был довольно тяжелым, и непрочные доски жалобно скрипели
  под ним. На палубе он поставил тележку так, чтобы было удобно
  работать, надел маску, предусмотрительно повешенную с вечера на раму
  тележки, открутил вентили и чиркнул зажигалкой у кончика горелки. В
  темноте расцвел тускло-оранжевый огонек. Отрегулировав смесь, Турок
  нагнулся и приступил к работе; его рука плавно очерчивала на палубе
  дуги.
   Сквозь шипение сгорающего газа Турок услышал стон могучего
  корабля, словно что-то тяжелое, медлительное, неповоротливое
  пробуждалось от долгого сна.
  
  
   В маленькой спальне коричневого оштукатуренного дома на
  другом конце острова Стив Кип вздрогнул и открыл глаза.
   Некоторое время он лежал тихо, прислушиваясь к мерному шуму
  прилива, и гадал, что его разбудило. Рядом мирно спала Майра, ее
  тонкая рука лежала у него на груди. Кип повернул голову и очень
  осторожно поцеловал жену в щеку. Майра заворочалась под одеялом и
  улыбнулась. Они через многое прошли рука об руку, и, хотя прожитые
  годы сделали Кипа грубее и циничнее,