х - а может быть, и нечто большее,
  чем явная ссылка на каннибальское прошлое карибов. Миновав рисунок,
  констебль услышал в джунглях топот бегущих босых ног, сминающих
  листву. Звук быстро затих вдали. Кип понял: его увидели.
   Меньше чем в ста ярдах впереди начиналась вырубка; он увидел
  индейскую деревню - два десятка убогих лачуг из некрашеных досок, за
  много лет выгоревших на солнце и отмытых дождями. Посреди деревни
  стояла захудалая лавчонка с полупровалившейся крышей; местами
  черепицы не было вовсе и просвечивали доски. Жестяные щиты
  рекламировали "КОКА-КОЛУ" и "ТАБАК ПРИНЦ АЛЬБЕРТ". Сразу
  за деревней, на выходящем в синий простор Карибского моря мысе
  Кариб-Пойнт, темнела приземистая башня заброшенного маяка; она уже
  начала рассыпаться от времени, подножие ее заросло зелеными лозами, а
  стекла на площадке давно разбились. Между домами были натянуты
  веревки, на них сохло застиранное ветхое белье, кое-где на маленьких
  квадратных участках земли росли тощий маис и бобы.
   Голый малыш снаряжал в плавание по грязноватой луже
  выструганную из куска дерева лодочку; он поднял на Кипа удивленные
  глаза. Целая стайка детей при виде нагрянувшего в Карибвиль констебля
  кинулась наутек, их желтый гладкошерстный пес побежал следом,
  остановился, зарычал и облаял Кипа. Перед магазинчиком собралась
  небольшая толпа - зоркие блестящие глаза, черты резче и суровее, чем у
  жителей Кокины, золотисто-смуглая