ятидесяти человек, - ответила Яна, и ей
  показалось, что ее новый знакомый слегка побледнел. Он знал что-то
  важное, что-то, что непременно должна была знать и она. Нужно
  выяснить, что это.
   ~Боже мой~, чуть не вырвалось у Мура. Он взял свою чашку,
  сообразил, что кофе давно выпит, и поставил ее обратно на блюдце.
  ~Пятьдесят. Пятьдесят. Пятьдесят~. Число стучало у него в висках.
  "Держитесь подальше от лодки, - сказал Бонифаций. - Держитесь
  подальше от Корабля Ночи". Корабль Ночи. Порождение тьмы, таящее
  тьму. Труба перископа заманила его в глубины, где он должен был
  выполнить возложенную на него ими задачу. ~Заприте ставни, окна,
  двери~. Пять десятков зомби прячутся во мраке от враждебного солнца.
  И ждут. Ждут.
   Ждут.
   Яна сказала:
   - Я хотела бы взглянуть на лодку сейчас.
  
  
  
  14
  
   Стоит страху закрасться в душу, и человек погиб. Страх заявляет о
  себе, чтобы прочно поселиться в мозгу, распахнуть перед глазами всю
  глубь коридоров ужаса, дразнить чувства присутствием чего-то
  неведомого, до чего как будто бы не штука дотянуться - но лишь как
  будто бы. По дороге к верфи Мур понял: страх - пожар, зажженный
  глазами и загадочными словами Бонифация, - быстро распространился
  по деревне. Везде появились засовы на дверях и ставни на окнах; кое-где
  на стенах виднелись наспех намалеванные вудуистские символы -
  охранные талисманы. До сумерек оставалось несколько часов, поэтому
  на улицах еще