может столько времени
  провести под водой и не превратиться в ржавую развалину". Но нет;
  лодка была настоящая, целая и невредимая. Яне приходилось видеть
  суда, которые в считанные месяцы под водой приходили в куда худшее
  состояние, чем это, и теперь она никак не могла поверить своим глазам.
  Она взяла в руки фотоаппарат, включила вспышку - для подзарядки, -
  немного подождала и неторопливо двинулась вдоль левого борта и
  обратно, аккуратно фотографируя. Когда она окликнула Мура, он
  расслышал в ее голосе возбужденные нотки:
   - Точно, это VII-C. Мелкие повреждения корпуса, треснувший
  перископ... Господи! Тридцатисемимиллиметровое орудие цело,
  трехсполовинойдюймовое - тоже! Палуба местами провалилась, но, Боже
  мой, большую часть обшивки коррозия не затронула! - Она делала
  снимок за снимком, вспышка отбрасывала на противоположную стену
  угловатую тень. - Внутри вода? - спросила Яна.
   - Да, но не очень много.
   - Вероятно, коденсат или то, что залилось в люки. Если так,
  погружение было срочное. Возможно, под огнем противника, раз вы
  говорите, что рядом была глубинная бомба. - Яна прошла вдоль левого
  борта к носу. - Торпедные аппараты пусты, - сообщила она. - Носовой
  торпедный люк открыт. Вы воспользовались им?
   - Да, - кивнул Мур.
   Последовала бесшумная белая вспышка: Яна сделала еще один
  снимок. В этот миг Мур кое-что заметил; он сделал шаг вперед, но
  девушка была уже на сходнях. Стараясь