аты, тросы. И аккумуляторы. ~О
  Господи, нет~. Он прочел правду в безумном, остановившемся взгляде
  Кейла, о ней говорили обглоданный труп Джонни Мейджорса и останки
  матроса с немецкой подводной лодки на голом дощатом полу. И вот
  самое страшное - ограбленный склад.
   Только один человек в целом свете мог помочь.
   Бонифаций.
  
  
   Мур ехал по лесной дороге к маленькому аэродрому. Рядом сидела
  Яна. В безветренном воздухе пахло душной сыростью - грозой. Небо
  стало однообразно серым, низким, солнце спряталось, над Кокиной
  неподвижно зависли облака. Сегодня Яна проснулась, злясь на Кипа еще
  сильнее, чем накануне, - Мур до сих пор видел по ее лицу, как она
  сердита. В течение утра они почти не разговаривали, девушка лишь
  настояла, что, прежде чем посылать радиограмму в Кингстон, ей нужно
  взглянуть на самолет. Мур выехал на поляну и увидел его: самолет стоял
  там, где они его оставили. Но, подъехав поближе, он понял, что ошибся.
   - ~Иисусе!~ - вскрикнула девушка и выпрыгнула из машины, не
  дожидаясь, пока Мур затормозит. Она побежала вдоль самолета, Мур
  поехал за ней.
   - Черт, черт, черт! - бушевала Яна. Злые слезы брызнули у нее из
  глаз и потекли по щекам. Она провела рукой по неровным вмятинам на
  фюзеляже. Стекло кабины было разбито, в передней ее части виднелись
  остатки приборной панели, свисали какие-то провода, сиденья были
  вспороты. Яна замотала головой, отказываясь верить, и ринулась мимо