рафа к философским занятиям. Чтобы этот гусарский офицер и
  страстный охотник интересовался метафизикой и физиологией - это никак не
  укладывалось у меня в голове. А между тем доктор говорил правду, и я в тот
  же день имел случай убедиться в этом.
   - Как объясняете вы, профессор, - вдруг спросил меня граф к концу
  обеда, - да, как объясняете вы _дуализм_, или _двойственность_ нашей
  природы?
   Видя, что я не совсем понимаю его вопрос, он продолжал:
   - Не случалось ли вам, оказавшись на вершине башни или на краю
  пропасти, испытывать одновременно искушение броситься вниз и совершенно
  противоположное этому чувство страха?..
   - Это можно объяснить чисто физическими причинами, - сказал доктор. -
  Во-первых, утомление, которое вы испытываете после подъема, вызывает
  прилив крови к мозгу, который...
   - Оставим кровь в покое, доктор, - нетерпеливо вскричал граф, - и
  возьмем другой пример. У вас в руках заряженное ружье. Перед вами стоит
  ваш лучший друг. У вас является желание всадить ему пулю в лоб. Мысль об
  этом убийстве вселяет в вас величайший ужас, а между тем вас тянет к
  этому. Я думаю, господа, что если бы все мысли, которые приходят нам в
  голову в продолжение единого часа... я думаю, что если бы записать все
  ваши мысли, господин профессор, которого я считаю мудрецом, то они
  составили бы целый фолиант, на основании которого, быть может, любой
  адвокат добился бы опеки над вами и любой судья вас