в.
   Он представил меня капитану, который только что вернулся из
  рекогносцировки. Мой капитан, узнать которого поближе мне не довелось, был
  высокий брюнет с суровым, неприятным лицом. Начав службу простым солдатом,
  он заработал эполеты и крест на полях сражений. Слабый и сиплый голос
  удивительно не соответствовал его гигантской фигуре. Мне сказали, что этим
  странным голосом он был обязан пуле, пробившей его насквозь в битве при
  Иене [это сражение произошло 14 октября 1806 года; наполеоновские войска
  наголову разбили прусскую армию, открыв себе дорогу на Берлин].
   Узнав, что я только что окончил военную школу в Фонтенбло [неточность
  Мериме: открытая Наполеоном в 1803 году в Фонтенбло офицерская школа была
  в 1808 году переведена в Сен-Сир], он поморщился и промолвил:
   - Мой лейтенант погиб вчера...
   Я понял, что он хотел сказать: "Вам придется его заменить, а вам это не
  под силу". У меня чуть не вырвалось резкое слово, но я сдержался.
   Луна поднялась за Шевардинским редутом [редут на левом фланге русской
  армии накануне Бородинской битвы, сильно выдвинутый вперед; бой за редут
  произошел 24 августа (5 сентября) 1812 года, за два дня до генерального
  сражения], расположенным на расстоянии двух пушечных выстрелов от нашего
  бивака. Она была огромная и красная, какой обычно бывает при восходе. Но в
  тот вечер она показалась мне невероятно большой. Черный силуэт редута одно
  мгновение вырисовывался на пылающем диске луны. Он напоминал