скользким улицам, медленно проезжая
  перекрестки. Она сказала, что звук ровного и глубокого дыхания, идущий с
  заднего сидения, заставлял его нервничать и постоянно смотреть в
  зеркало, чтобы проверить, все ли в порядке с женщиной. Он утверждал, что
  не нервничал бы так, как, по его мнению, если бы она просто вскрикивала,
  как, по его мнению, и должны себя вести рожающие женщины. Он спросил ее
  один или два раза, как она себя чувствует, и она лишь кивнула в ответ,
  продолжая "качание на волнах" с глубокими вдохами и выдохами.
   За два или три квартала до больницы она, наверное, почувствовала, что
  наступает конечная стадия родов. Прошел час с того момента, как она села
  в такси, но все равно это были необычайно быстрые роды для женщины, не
  имевшей раньше детей. Водитель заметил разницу в ее дыхании. "Она
  задышала, как собака в сильную жару, док", - сказал он. Она начала
  работать в ритме "паровоза".
   В эти минуты таксист увидел просвет в нескончаемом потоке машин и
  устремился в него. Путь к больнице был теперь открыт. Она находилась
  всего в нескольких кварталах впереди. "Я уже видел статую рядом с ней",
  -продолжал водитель.
   Стремясь как можно быстрее избавиться от терпящей муки беременной
  женщины, он нажал на газ, и машина рванулась вперед, заскользив по
  покрывшему дорогу льду.
   Я прибыл в больницу примерно в то же время, что и такси, только лишь
  потому, что недооценил всю сложность вождения в таких условиях. Я
  считал, что