днимайся, засранец, - закричал Джон Адонис. - Вставай и дерись!
   Счет продолжался, и каким бы медленным он ни был, слово "десять" все
  же было произнесено. Тони все еще лежал на полу без сознания.
   - Сукин сын. _О_д_и_н_ удачный удар!
   Гангстеры начали подсчитывать убытки. Они были весьма ощутимы. Джино
  отнес Тони в одну из раздевалок. Тони крепко зажмурил глаза, опасаясь, что
  они догадаются, что он в сознании, и сделают с ним что-нибудь ужасное.
   Только благополучно добравшись домой, Тони начал расслабляться.
   - Сделано! - завопил брат в восторге. - Знаешь, сколько этих гребаных
  денег мы выиграли? Почти тысячу.
   - Я не понимаю. Я...
   - Я занял денег у их же ростовщиков и поставил на Доменика. Получил
  пятнадцать к одному. Теперь мы богаты.
   - А они не разозлятся?
   Джино улыбнулся:
   - А откуда они узнают?
  
  
   На следующий день, когда Тони возвращался из школы, на углу ждал
  длинный черный лимузин. Лаки Лючиано сидел на заднем сидении. Он поманил
  мальчика:
   - Залазь.
   Сердце Тони Риццоли ушло в пятки.
   - Не могу, мистер Лючиано, я опаздываю...
   - Залазь!
   Тони Риццоли сел в машину.
   - Давай вокруг квартала, - приказал Лаки Лючиано шоферу.
   Лючиано повернулся к мальчику:
   - Ты нарочно лег?
   Риццоли покраснел:
   - Нет, сэр.