? О чем конкретно вы думали?
   Вопросы были настолько наводящими, что и обвинитель и трое судей
  дружно взглянули на Наполеона Чотаса, ожидая от него громогласных
  возражений. Адвокат мирно дремал, не обращая ни на что внимания. Анастасия
  Савалас тоже начала выражать беспокойство.
   Питер Демонидес не упустил случая поднажать на свидетеля:
   - Вы не ответили на мой вопрос, мистер Паппас!
   Джозеф Паппас поерзал в кресле:
   - Не могу сказать определенно, сэр.
   Громкий голос Питера Демонидеса прозвучал как удар плети.
   - Тогда позвольте мне сказать _о_п_р_е_д_е_л_е_н_н_о_. Миссис Савалас
  собиралась убить своего мужа и таким образом избавиться от него. Она
  знала, что муж хочет развестись с ней и лишить ее наследства. Тогда бы она
  осталась без цента. Она...
   - Протестую! - И выкрикнул это не Наполеон Чотас, а главный судья. -
  Вы просите свидетеля делать предположения. - Он взглянул на Наполеона
  Чотаса, удивляясь его молчанию. Но старик сидел молча, и глаза его были
  полузакрыты.
   - Прошу прощения, Ваша честь. - Но он знал, что своего добился. Питер
  Демонидес повернулся к Чотасу. - Свидетель в вашем распоряжении.
   Наполеон Чотас поднялся:
   - Благодарю вас, мистер Демонидес. У меня нет вопросов.
   Трое судей недоуменно переглянулись. Один из них заметил: