т, был банкиром в Лондоне.
   - Да нет, все в порядке.
   - Нет. У нас не все в порядке. Не все в порядке. Она повторяла и
  повторяла эти слова, отодвигаясь от Дуга и снова свертываясь в клубок под
  одеялом. Она чувствовала липкую влагу между бедрами: швы кровоточили.
   - Ты не хочешь поговорить? - спросил он. Она покачала головой.
   - Мам, ты нас не оставишь на минутку? Когда Анджела вышла. Дуг встал и
  подошел к окну. Он поглядел сквозь жалюзи в дождливую тьму.
   - Репортеров не видно, - сказал он Лауре. - Может быть, они решили, что
  это называется, ночью.
   - А сколько времени?
   Ему даже не надо было смотреть на часы.
   - Почти два. - Он снова подошел к ней. От него пахнуло немытым телом: он
  не мылся с тех пор, как похитили Дэвида; да, она ведь тоже не мылась. -
  Знаешь, ты могла бы со мной поговорить. Мы все еще живем в одном доме.
   - Нет.
   - Что "нет"? Мы не живем в одном доме? Или ты не можешь со мной
  поговорить?
   - Просто - нет, - сказала она, отгораживаясь этим словом, как стеной.
   Он секунду безмолвствовал. Затем сказал мрачным голосом:
   - Это я все загубил, верно?
   Лаура не дала себе труда отвечать. Ее нервы до сих пор трепал увиденный
  кошмар, и она цеплялась за одеяло, как кошка.
   - И тебе не надо ничего говорить. Я знаю, что я все загубил. Я просто..,
  я.., что ж, наверное, я все сказал, что могу сказать. Кроме.., прости, я не
  знаю, как сделать, чтобы ты поверила.
   Она закрыла глаза, отгораживаясь