Очень по-матерински с твоей стороны. Что ж, они быстро
  выяснят, что меня там нет. Свиньи не будут с тобой миндальничать, мать.
  Может, тебе придется узнать вкус хлыста.
   - Я сделала это, потому что не хотела, чтобы с ребенком что-нибудь
  случилось, и я надеялась...
   - Я знаю, на что ты надеялась. Что ты сможешь зажать меня в кулаке и
  лепить меня как хочется, как ты пыталась лепить Гранта. Нет, нет, я не
  поддаюсь лепке. Наверное, мне нельзя дольше здесь оставаться?
   - Тебя найдут, куда бы ты ни отправилась.
   - Ну, пока что я отлично справлялась. - Она поглядела на мать и увидела,
  что та боится. От этого ей стало сразу радостно и печально. - Я возьму одно
  из твоих колец.
   - Что?
   - Одно из твоих колец. Я хочу вот это, с двумя бриллиантами.
   Натали покачала головой.
   - Я не знаю, что ты...
   - Сними это кольцо и положи на стол, - сказала Мэри, ее голос изменился.
  Это опять был голос солдата, все дочернее притворство исчезло. - Немедленно.
   Натали поглядела на кольцо, о котором говорила Мэри. Оно стоило семь
  тысяч долларов, и это был подарок Эдгара к ее дню рождения в шестьдесят
  пятом.
   - Нет, - сказала она. - Нет. Не сниму.
   - Если ты сама его не снимешь, это сделаю я. Подбородок Натали вскинулся,
  как нос военного корабля.
   - Давай, иди и снимай.
   Мэри двигалась быстро. Она держала Барабанщика на согнутой левой руке и
  оказалась перед Натали раньше, чем та успела отпрянуть. Рука Мэри схватила
  руку