но еще не начала кричать, я выбрался на улицу, где заставил себя перейти на
  шаг, гуляющей походкой добрести до "мерседеса" и притвориться, что в душе
  моей царят мир и безмятежный покой, будто я какой-нибудь страховой агент. В
  итоге я сел за руль, воткнул ключ в замок зажигания и убрался оттуда ко всем
  чертям.
   Всю дорогу я размышлял об этом подонке. Сначала он пытается меня убить.
  Когда этот замысел проваливается, умник норовит засадить меня в тюрьму на
  изрядный срок и таким образом на несколько лет удалить от дел. Он меня
  знает, а я его - нет. Стало быть, преимущество на его стороне. И мы больше
  не играем в охотника и дичь. Теперь мы оба охотники, и он ближе к цели.
   Кроме того, он быстро делает ходы. Устраивает мне одну засаду за другой
  и не угомонится, пока не достанет меня.
   Стало быть, мой следующий ход ясен: я должен увеличить темп. Надо
  действовать проворнее, чем он, чтобы свести на нет его фору. Он меня знает,
  значит, я должен выяснить, кто он.
   Иначе я покойник.
   17
   Я приехал домой и бросил "мерседес" перед дверью, под знаком,
  угрожавшим принудительной буксировкой. Было без десяти двенадцать, а после
  полуночи стоянка разрешена. Если легавым удастся за десять минут пригнать
  сюда буксировочный грузовичок, пускай забирают мою машину.
   Поднявшись к себе, я направился прямиком в ванную и полюбовался своим
  отражением в зеркале. Ну, хорош! Физиономия чумазая,