пуз и кислорож. Я
  протиснулся между двумя девицами, облокотился на стойку и принялся ждать
  того мига, когда он осознает, что я существую. На это ушло минуты две, по
  истечении которых он приблизился ко мне и остановился напротив, сдобрив
  кислую рожу еще и чем-то жгучим.
   - Ну, чего? - осведомился он.
   - Петри, - ответил я, - это я тебе звонил.
   - О, - был ответ, - ты, значит. Клей.
   - Совершенно верно.
   - Ума не приложу, почему я должен тебе верить.
   - Потому что у меня нет времени дурачиться с тобой. А еще потому, что
  на той стороне улицы есть заведение, которое хотело бы забрать себе твой
  приварок за телефонные звонки девицам, и от меня зависит, получат они его
  или нет.
   Он поразмыслил с минуту, барабаня пальцами по стойке. Пальцы у него
  были толстые, а лапищи - и вовсе громадные. В конце концов Алекс повернулся
  к одной из своих девиц и быстро сказал что-то по-испански. Она ответила,
  потом встала с табурета и вышла вон.
   Алекс снова взглянул на меня.
   - Что ты пьешь?
   - Пиво, - ответил я.
   Он кивнул, отошел и вернулся с кружкой.
   - Долго мне еще ждать? - спросил я.
   Он пожал плечами.
   - Нет, недолго, - с этими словами Алекс переполз в дальний конец стойки
  и занялся обслуживанием других посетителей.
   Минут через пять девица возвратилась, заняла свое место у стойки и
  что-то сказала Алексу по-испански. На меня она даже не взглянула.