ятущий
  простой народ платит за это. Девицы, наркотики, более высокие зарплаты и бог
  знает, что еще. Мы предоставляем все это за те деньги, которые получаем. Мы
  - предприятие, и нам минуты не протянуть без поддержки этих чертовых
  потребителей.
   - Но ведь есть и законные предприятия, Клей.
   - Как не быть. Только действуют они точно так же, как и мы. Они дерутся
  и грызутся за каждый доллар покупателя. Они пускаются во все тяжкие, чтобы
  избавиться от соперника. Они норовят произвести такой товар, который будет
  раскупаться. В своей системе они вышвыривают вон всякого, кто не выдает
  продукцию. И знаешь, когда увольняют больше всего людей? Под Рождество. А ты
  мне заливаешь про нравственность. Они выгоняют работников под Рождество,
  потому что в январе в делах наступает застой. Единственное наше отличие от
  них заключается в том, что мы увольняем работника навсегда. И делаем это
  лишь потому, что не можем позволить себе плодить посторонних, которые
  слишком много знают о делах организации. Любая крупная корпорация тоже
  хотела бы увольнять своих служащих таким манером, чтобы бывшие работники не
  пошли к ее конкурентам и не растрепали, чем намерена заниматься какая-нибудь
  "Ртуть и жуть" в следующем году. И не говори мне, будто это не так.
   - Клей, неужели ты еще не расплатился с Эдом Ганолезе?
   - Чушь, - заявил я. - Чувство долга - не единственное, что заставляет
  меня работать. Тут нечто