ел очень
  быстро, мне было холодно, противный холодок страха пробегал по рукам и
  ногам.
   О, как хотелось кого-нибудь встретить!
   Стало так темно, что я с трудом различал дорогу.
   Вдруг послышался далеко впереди стук колес. Я решил: "Ага, повозка!"
  Затем все смолкло.
   Через минуту тот же звук раздался ясно и теперь уже ближе.
   Правда, огней не было видно, но я подумал: "Они ездят без фонарей, и
  это не удивительно в таком захолустье".
   Шум то затихал, то возобновлялся. Он был слишком слаб для телеги; к
  тому же я не слышал звука копыт; это меня удивило, так как ночь была очень
  тихая.
   Я старался угадать: что бы это могло быть?
   Звуки приближались быстро, очень быстро. Но слышался только стук
  колес: ни шагов, ни звяканья подков - ничего. Что же это такое?
   Теперь шум был совсем близко. В порыве инстинктивного страха я
  бросился в канаву и увидел, как мимо прокатилась... тележка. Она двигалась
  сама собой... никто ее не толкал. Да, тележка... совершенно одна...
   Сердце у меня забилось так сильно, что я опустился на траву и долго
  слушал стук колес, удалявшихся по направлению к морю. Я не решался ни
  подняться, ни идти, ни даже шевельнуться. Если бы она вернулась и стала
  преследовать меня, я бы умер от страха!
   Я не скоро пришел в себя, очень не скоро. И в течение остального пути
  меня томил такой страх, что от малейшего шороха дыхание у меня прерывалось.
   Ну, не глупо ли? А как