навещал, кроме их же
  агентов и адвокатов. Никто из них так и не женился. Оба лет в тридцать
  отринули мир людей ради внутреннего мира, полного более утонченных и
  более долговечных услад. Оба были любителями - фанатичными и заядлыми.
   Родились они как бы вне своего времени.
   Страсть Питера составляли художественные редкости. Он
  коллекционировал неустанно; не будет преувеличением даже сказать -
  истово. Коллекционировал так, как другие мужчины охотятся на крупного
  зверя. Интересы у Питера были самые разносторонние, и со временем его
  приобретения заполнили громадные залы дворца и половину всех подвалов,
  картины, статуэтки, эмали, фарфор, стекло, хрусталь, работы по металлу.
  Сам он в свои пятьдесят лет был круглым человечком с насмешливыми
  глазами и небрежным клочком белесой козлиной бородки.
   Гарольд Кастельяри, одаренный брат Питера, был ученым. Ученым-
  любителем. Он принадлежал девятнадцатому столетию - подобно тому как
  Питер был атавизмом какой-то еще более ранней эпохи. Современная наука
  представляет собой дело коллективной работы, причем работы нудной, - а
  и то и другое совершенно немыслимо для Кастельяри. Но разум Гарольда
  был в своем роде столь же оригинален и остер, что и разум Ньютона или
  Франклина. Он выполнил заслужившие уважение работы по физике и
  электронике и даже, по настоянию адвоката, оформил несколько патентов.
  Вырученные деньги, когда