и? - осведомился Гарольд,
  снимая пальто.
   - О да, синьор Гарольд. Он чувствует себя превосходно, но очень
  занят коллекцией.
   - Где же он? Мне бы очень хотелось с ним поговорить.
   - Он в погребах, синьор Гарольд. Только вот...
   - Что же?
   - Синьор Питер никого не принимает, когда работает в погребах Он
  дал строжайшее распоряжение, синьор Гарольд, чтобы в это время его
  никто не тревожил.
   - Что ж, хорошо, - сказал Гарольд. - Полагаю, мы с ним еще
  увидимся.
  
   Проклятая штуковина оказалась чем-то вроде медвежьего капкана,
  только вместо двух полукруглых челюстей там было четыре сегмента,
  которые сходились в центре - каждый с острым зубчиком. Боль была просто
  невыносимая.
   Все сегменты двигались на концах тонких рычагов,
  предусмотрительно посаженных на шарниры так, что ужасный механизм
  защелкивался, стоило наступить на любую из четырех частей. Каждый рычаг
  имел пружину - слишком мощную для мышц Питера. Вся конструкция
  соединялась цепочкой с надежно вмонтированным в бетонный пол крюком.
  Питеру этот крюк позволял двигаться в радиусе одного фута. Еще бы чуть-
  чуть - и можно было бы перегрызть собственную ногу, тоскливо подумал
  Питер, но ничего не мог поделать.
   Грозная загадка состояла в том, зачем здесь вообще оказалось
  адское приспособление. Разумеется, как и в родном времени Гарольда,
  здесь в погребах водились