вано. Тогда в первую
  очередь понадобится невообразимо громадный банк памяти. Скажем, если
  потребуется, чтобы машина нарисовала лошадь, ей надо будет знать, как
  выглядит лошадь отовсюду и во всех положениях. Затем ей придется
  выбрать из, скажем, десяти - двадцати миллиардов подходящий вариант, а
  затем нарисовать эту лошадь в нужной пропорции со всеми остальными
  деталями рисунка и так далее. Но если вам. Боже сохрани, нужна еще и
  [художественность], тогда, полагаю, придется рассматривать отношение
  каждой детали ко всем остальным в соответствии с неким эстетическим
  принципом. Лично я даже не знаю, как тут подступиться.
   Фиш потянулся пухлыми пальчиками за маслиной.
   - Значит, говорите, невозможно? - спросил он.
   - Ну, во всяком случае, при теперешнем техническом уровне.
  Полагаю, мы не особенно продвинемся в делах искусства еще лет сто или
  двести. - Пятно улыбнулось и подняло бокал с коктейлем.
   - Понятно, - произнес Фиш, беря молодого человека за отворот
  пиджака - отчасти чтобы не дать ему уйти из поля зрения, а отчасти себе
  для поддержки. - А теперь предположите, что у вас есть такая машина. И
  что машина эта все время что-то забывает. Какая тут может быть причина?
   - Что-то забывает?
   - Именно так. - С катастрофическим ощущением, что он выбалтывает
  лишнее, Фиш собрался было продолжить, но тут его остановила внезапно
  опустившаяся ему на плечо рука.