ла сухой и
  горячей.
   - И давно он так? - требовательно спросил Карвер, лишь слегка
  запнувшись перед местоимением. Мысленно он всегда называл чужаков "оно",
  но его подчиненным вовсе ни к чему это знать.
   - Минут двадцать. Что-то около того, - ответил доктор Несельрод. - Я
  сам пришел сюда... - он подавил зевок, - минут десять назад.
   - А что вы вообще здесь делаете? - спросил Карвер. - Сейчас смена
  Альвареса.
   Несельрод смутился.
   - Знаю. Альварес в госпитале. Как пациент. Он набросился на помощника
  повара Сэмюэлса. Вылил ему кастрюлю супа за шиворот. И кричал что-то в том
  смысле, что хочет раз и навсегда простерилизовать ему фурункул. Пришлось
  накачать Альвареса успокоительными. Мы его втроем едва скрутили.
   Карвер сжал губы и выпятил подбородок.
   - Несельрод, что вообще творится на станции? Сначала это... существо
  атаковало мою жену. Теперь Альварес... - Он сердито уставился на Джорджи.
  - Вы можете его от этого вылечить, что бы это ни было?
   Несельрод удивился.
   - Разве можно такое требовать? Мы понятия не имеем о лекарствах
  горгонов. Я думал, что вы свяжетесь с базой и спросите у них.
   Разумеется, он рассуждал здраво. Вот только, как всегда, оставался
  открытым вопрос интерпретации. Как подать то, что произошло? Была ли это
  трагическая случайность, которая постигла уважаемого посла чужаков из-за
  вопиющей небрежности людей? Или это было необходимое