порядке. Все тесты...
   - Хорошо, хорошо. Я знаю результаты тестов. Значит, сейчас он не
  спит?
   - Не спит. У него Сэм и Ирма, - сказал техник, взглянув на
  контрольный пульт, и вновь склонился над записью энцефалограммы.
   - Не понимаю, почему это должно меня волновать. Это же логично: если
  ему нужны сонные видения, которых наша программа не предвидит, то в эту
  минуту он их получает. Хотя не знаю... Эти пика меня беспокоят, - сказал
  он, нахмурясь.
   Синеску удивленно поднял брови.
   - Вы программируете его сны?
   - Это не программирование, - нетерпеливо сказал Бэбкок. - Мы
  предлагаем только темы. Ничего психического: секс, прогулки на свежем
  воздухе, спорт.
   - Чья это была идея?
   - Секции психологии. В нейрологическом смысле все было в порядке, но
  он проявлял тенденцию к замыканию в себе. Психологи сочли, что ему нужна
  соматическая информация в какой-либо форме. Он живет, действует, все в
  порядке. Но нужно помнить, что сорок три года он провел в нормальном
  человеческом теле.
  
  
   В лифте Синеску сказал то-то, из чего Бэбкок понял только одно слово
  "Вашингтон".
   - Простите, не расслышал, - сказал он.
   - Вы кажетесь уставшим. Плохо спите по ночам?
   - В последнее время я действительно мало сплю. А что вы сказали до
  этого?
   - Что в Вашингтоне не очень довольны вашими отчетами.
   - Черт возьми, я знаю об этом.
   Дверь