ала нож. Она налетала на него снова и снова, разорвала себе рот, но всякий раз, когда нож сверкал, она вновь на него кидалась. И каждый раз мне представлялось, что она бьет по моей пряжке или где-то рядом. Никогда больше не надеваю этот костюм, разве только в бассейне.
   Гейл сняла свои кольца и спрятала их в углублении рулевой консоли.
   - И вот еще что, - сказал Сандерс. - Когда мы ныряем вдвоем, один из нас должен быть главным в группе.
   - Зачем нам понадобился главный? - Гейл решила, что он шутит, - Ты так любишь командовать?
   - Нет, черт подери, - сказал Сандерс с неожиданной для себя резкостью. - Это связано с тем, что под водой мы вынуждены делать все вместе. Мы все время должны знать, где находится каждый из нас. Смотри, например: если бы на месте барракуды оказалась акула и ты, не послушавшись меня, ринулась на поверхность, мы очутились бы в дьявольски трудном положении.
   - Акула? Здесь?
   - Конечно. Скорее всего, они не станут с нами связываться, но так или иначе могут здесь оказаться. А если акула подойдет достаточно близко, не стоит привлекать ее внимание необдуманными поступками.
   - Например?
   - Например, запаниковать и кинуться на поверхность. До тех пор, пока в баллоне есть воздух, лучше всего оставаться на дне и поискать убежище в рифах. Как только ты устремишься наверх, ты станешь объектом преследований, а на поверхности тобой позавтракают.
   - А если, предположим, у меня кончается воздух?
   - Мы разделим мой запас и дождемся возможности вынырнуть на поверхность вместе. Если только эта акула не какое-нибудь особенное чудовище, мы сумеем доплыть до лодки.
   Сандерс заметил, что разговор об акулах заставляет Гейл нервничать.
   - Не беспокойся, - сказал он, - Просто не делай ничего, не посоветовавшись со мной.
   Гейл взглянула на него и глубоко вздохнула.
   - Хорошо, - Она склонила