с совсем не о том.
   - Одну минутку, пожалуйста. - Женщина куда-то отошла, потом вернулась к аппарату и сказала:
   - Будет ли вам удобно в четыре часа?
   - Прекрасно.
   - Могу я узнать ваше имя?
   - Мы назовем его, когда приедем. Благодарю вас.
   Гейл повесила трубку.
   Они поехали на своих мопедах по Южной дороге по направлению к Гамильтону. Час "пик" еще не наступил, но все равно людей, выезжающих из. Гамильтона, было больше, чем едущих в город. Бизнесмены, одетые в гольфы по колено, шорты, рубашки с короткими рукавами и галстуки, спокойно восседали на своих мотоциклах с пристегнутыми к спинам дипломатами. Женщины, окончившие дневные закупки, везли детишек в проволочных корзинах, привязанных к задним крыльям их мопедов. Плетеные корзины, наполненные зеленью, свисали по обеим сторонам заднего колеса.
   Департамент туризма делил свои помещения с Бермудским бюро новостей на втором этаже нового здания, расположенного на Фронт-стрит, протянувшейся над пристанью Гамильтона. В доке на Фронт-стрит стоял на приколе туристический лайнер, а суетящиеся туристы почти блокировали автомобильное движение. Сандерсы припарковали свои мопеды между двумя автомобилями на левой стороне улицы, замкнули передние колеса и ожидали, пока им удастся пересечь улицу.
   - Интересно... - сказала Гейл.
   - Что?
   - Мне стыдно сказать об этом. Но это правда. Что, если этот человек окажется темнокожим?
   - Я понимаю. Я тоже думал об этом.
   - Я чувствую, что становлюсь параноиком на расовой почве. Каждый раз, когда я вижу черное лицо, мне кажется, что это Клоше послал кого-то захватить меня.
   Секретарша оказалась хорошенькой молодой чернокожей женщиной. Приближаясь к ее столу, Гейл сказала:
   - Это я звонила вам недавно. - Она взглянула на часы на стене: было десять минут пятого. - Простите, мы немного опоздали. Ужасное уличное