склонила голову набок и посмотрела сквозь маску в воду. - Как ты думаешь, этой барракуды там уже нет?
   - Возможно.
   Она еще некоторое время глядела под воду, внимательно всматриваясь в глубину, а когда уже собиралась поднять голову из воды, вдруг увидела на дне позади лодки что-то большое, коричневое.
   - Эй, что это? - спросила Гейл, бросив маску Сандерсу.
   - Где? - Он наклонился через борт.
   - За нами. Примерно на границе видимости.
   - Это доска, будь я проклят. Точно, доска.
   Сандерс высвободил якорную цепь, и лодка продвинулась на несколько ярдов назад.
   - Давай поглядим.
   - Как назвал эту посудину портье? "Голиаф"?
   - Да, "Голиаф".
   Они спустились из лодки вместе и, как только улетучились воздушные пузырьки, смогли разглядеть обломки на дне. Длинная толстая балка лежала под прямым углом к рифу. Прогнившие деревянные рейки усеивали белый песок. Сандерс дотронулся до плеча Гейл, и она обернулась. Он улыбнулся и показал на пальцах: "О'кей!" Она ответила ему тем же знаком.
   Они долго плавали вдоль дна у границы рифа. Гейл нашла ржавую банку, ее швы разошлись, и она деформировалась. Из углубления в щели скалы Сандерс вынул совершенно целую бутылку с кока-колой. Гейл легла на дно и стала раскапывать песок под ближним концом большой балки. Ей удалось найти вилку и часть тарелки. Сандерс заметил какой-то торчащий из песка предмет у дальнего конца балки. Он разрыл песок вокруг него и понял, что это лопасть большого якоря. Гейл показала, что хочет подняться наверх. Он последовал за нею.
   Достигнув поверхности воды, Гейл очистила загубник и сказала:
   - Давай поплывем за риф.
   - Зачем?
   - Мне кажется, что это последний кусок корпуса. Остальное должно лежать по ту сторону.
   - Хорошо, но опасайся волн, когда будешь переваливать через риф, а если воздух окажется на исходе, не медли.