прессоре. Если вы будете пользоваться баллоном в течение пяти часов, то можете подумать, что поцеловались с колючей грушей. Загубник начинает довольно скоро причинять боль.
   - А на Деско нет загубника?
   - Нет. Это маска на все лицо. Вы можете разговаривать с собой обо всем, о чем угодно, петь, выступать с речами, позволять себе королевские вольности.
   Около десяти часов они уже были в кроватях. Ветер свистел снаружи, набирая силу над морем и утихая в скалах.
   Когда Сандерс нагнулся, чтобы выключить свет у кровати, он увидел, что в дверях как-то нерешительно стоит собака.
   - Привет! - сказал Сандерс.
   Собака вильнула хвостом и вскочила на кровать. Она свернулась калачиком и легла между Гейл и Дэвидом.
   - Сгони ее, - сказала Гейл.
   - Не я. Мне нужны все мои пальцы. Они услышали, как Трис позвал:
   - Шарлотта!
   Собака прижала уши. Трис появился в дверях.
   - Простите ее. Это ее законное место. Она привыкнет за пару дней. - Он сказал собаке:
   - Пошли.
   Собака подняла голову, вытянулась и подошла к Трису, который, пожелав Сандерсам спокойной ночи, закрыл дверь.
  
  ***
  
   Первый приступ лая показался Сандерсу частью сновидения. Второй, громкий и продолжительный, разбудил его. Он взглянул на светящийся циферблат: было двадцать минут первого. Легкий желтоватый свет просачивался между краев закрытых оконных занавесок и мерцал на стенах. Собака подала голос снова. Гейл потянулась, и Сандерс, шевельнувшись, совсем разбудил ее.
   - Что это? - спросила она.
   - Я не знаю, - Он услышал, как Трис ходит по холлу. - Может быть, это огонь.
   - Что? Здесь, внутри?
   - Нет, снаружи. - Сандерс скатился с кровати и натянул боксерские шорты. - Оставайся здесь. - Он подошел к двери. - Если что-то стряслось...
   - Что тогда делать? - Гейл потянулась за своим купальным халатом. - Спрятаться под