еще несколько минут, затем взобралась в лодку и отсоединила регулятор от пустого баллона. Готовя новый баллон, она пыталась придумать наиболее деликатный способ заставить Коффина рассказать о жене Триса, но так ничего и не придумала и в конце концов спросила:
   - Отчего умерла жена Триса?
   Коффин взглянул на нее, затем повернулся к мешку.
   - Я считаю, - сказал он, бросая ампулы в пластиковые мешочки для сандвичей. - Вот, пятьдесят. - Он перевязал мешочек и начал заполнять следующий.
   Гейл молчала, пока не закончила подготовку нового баллона к работе. Коффин бросил последнюю ампулу в пластиковый мешочек и завязал его.
   - Давно ли она умерла? Коффин проигнорировал вопрос.
   - Двести, - сказал он. - Всего четыреста пятьдесят шесть. - Он добрался до дна холщового мешка и вынул кусок зеленого металла. - Здрасьте...
   - Что это такое?
   - Накладка замка. - Он поднял пластину, имевшую форму цветка лилии. В каждом лепестке была замочная скважина. Вокруг краев были просверлены шесть отверстий для гвоздей. - Закрывала замок на сундуке или шкафчике. Что он хочет с этим сделать?
   - Он не говорил.
   Коффин установил накладку замка на полочку перед штурвальным колесом.
   - Это простая латунь. Гейл помолчала.
   - Если вы не хотите сказать мне, - сказала она, - я спрошу его самого.
   Коффин отпер ящик и вынул оттуда два холщовых мешка и моток пеньковой веревки толщиной в три восьмых дюйма.
   - Это было бы жестоко с вашей стороны. - Коффин пропустил конец веревки через ручки одного из мешков и связал веревку бантиком. Он отмотал двадцать или тридцать ярдов веревки, отрезал ее и привязал отрезанный конец к клину, вбитому в корму. Ту же процедуру он повторил с другим мешком, привязав веревку к клину, вбитому посредине палубы.
   Когда он закончил, то некоторое время смотрел на нож, что-то прикидывая. Затем вбил