те сюда.
   Внутренность снаряда была заполнена жесткими серыми, похожими на спагетти лентами, плотно и компактно уложенными.
   Коффин подал Трису плоскогубцы и коробок со спичками. Трис выудил одну ленточку из снаряда и, держа ее в плоскогубцах, отдал Сандерсу спички.
   - Подожгите.
   - Что это?
   - Кордит. Порох.
   Когда Сандерс зажег спичку у конца ленты, она вспыхнула мгновенно и сгорела с блеском магнезии. Гейл спросила:
   - Это все, что в нем есть, в таком большом снаряде?
   - Все? Бог мой, девочка, пачка из сотни таких снарядов, подожженная общим зарядом, может разнести Бермуды на куски.
   - Сколько их здесь?
   - Определить невозможно, - ответил Коффин. - Было примерно десять тонн, когда мы начинали, но часть их была поднята.
   Трис выбросил кордит за борт. Коснувшись воды, он зашипел и пошел ко дну, выдавая на поверхность поток пузырей.
   Они подняли воздушные шланги из воды и сложили их в кольца на палубе. Трис закрепил воздушный лифт на верхнем краю борта, а затем включил движок. Шарлотта, спавшая на носу, вскочила на ноги и, как матрос, неохотно встающий на ночную вахту, заняла свое место на платформе.
   Коффин поднял якорь, Трис провел лодку сквозь рифы и направился к берегу.
   - В какое время завтра? - спросил Коффин.
   - Рано. Скажем, в восемь часов. Мы проработаем четыре или пять часов с утра, высохнем в полдень и начнем снова около шести. - Он шутливо бросил в сторону Коффина:
   - Я знаю, старичкам нужно днем вздремнуть.
   - Черта с два ты знаешь! Я переживу вас всех. Лодка была еще в семидесяти пяти футах от берега. Коффин вскочил на борт и нырнул в воду. Трис наблюдал, усмехаясь, пока не увидел, что Коффин выбрался на поверхность и двинулся к берегу. Затем он направил лодку в море.
   Лодка покачивалась на волнах, и что-то соскользнуло с рулевой консоли и покатилось по