Я и не надеялся на такую догадливость.
   Сандерс пытался разделить с Трисом его жизнерадостный настрой, но в его сознании все перепуталось: сокровища, наркотики, взрывчатые вещества, искалеченное тело Коффина, изуродованная тряпичная кукла, злобное выражение на лице Слэйка.
   - Какова стоимость этого? - спросил он.
   - Нельзя определить. Зависит от того, сколько там на дне еще осталось, сколько пропало и сколько денег человек из Гаваны выручил за сокровища. То, что есть у нас сейчас, мне кажется, тянет на четверть миллиона долларов, но только в том случае, если мы сумеем найти доказательства. Нам нужно обнаружить хотя бы одно ювелирное изделие, которое числится в списке, тогда этот источник можно будет рассматривать как бесспорное доказательство.
   - Что мы будем делать с наркотиками? - спросила Гейл.
   - Я думал об этом. У нас нет шансов вытащить все на поверхность прежде, чем Клоше сделает ответный шаг. Вы знаете количество. Как вы думаете, какова цена тех наркотиков, которые у нас уже есть?
   - Не знаю наверняка, но возьмем круглое число, скажем, у нас всего сто тысяч. Это уже свыше миллиона долларов, может быть, два миллиона.
   - При этом огромное количество стекляшек остается в его распоряжении. Но конечно, он-то этого не знает, не так ли? - Трис больше говорил сам с собой, чем с ними. - Он не знает, сколько мы достали и сколько еще лежит внизу.
   - Итак?
   - Итак, мы принимаемся за сокровища, они гораздо более важны. Пусть он думает, что мы ищем наркотики.
   - Но мы не можем взять и оставить наркотики в его распоряжении.
   - Разумеется, мы этого не сделаем, но вы должны все взвесить и понять, что мы рискуем головой. В одном мы можем быть уверены: чтобы убрать нас с дороги, Клоше постарается нас убить. - Трис помолчал, чтобы тишина подчеркнула значительность его слов. - Если он расправится с нами, нам будет