о не обнаружится, не думаю, что он будет продолжать возиться с вами. Если повезет, на этом все и закончится. Но прежде чем мы снова спустимся вниз, я хочу поговорить с Адамом Коффином.
   - Кто это?
   - Человек, уцелевший при кораблекрушении "Голиафа". Думаю, что он до сих пор побаивается рассказывать о наркотиках, но, возможно, вид этих ампул освежит его память. - Трис положил обе ампулы себе в карман. - Оставьте ваши мопеды здесь. Мы все поместимся в машине Кевина.
   - Кстати, о нырянии, - сказала Гейл. - У меня идет носом кровь после вчерашнего дня.
   - Сильно?
   - Нет.
   - Тогда не беспокойтесь. Когда некоторое время не ныряешь, то день или два интенсивных погружений могут вызвать раздражение тканей в носовых пазухах. Ненадолго воздержитесь от ныряния, и все наладится.
   - А как насчет сегодняшнего вечера?
   - Я бы не стал. Нет необходимости спешить. Мы вдвоем вполне можем управиться. - Трис открыл перед ними дверь кухни. - Тогда отправляйтесь вперед на своих мопедах. Я проеду мимо отеля, и вы сможете следовать за мной к Коффину.
  
  ***
  
   Дом был крошечный - известняковый коттедж, приютившийся на старательно ухоженной полоске зелени, выходящей к гавани. Здесь не было подъездного пути, только грунтовая дорожка, ширина которой позволяла машине свернуть с дороги и остановиться без риска столкнуться задним бампером с проходящим транспортом. Трис завел свой "хиллман" носом в кустарник рядом с дорожкой, оставив позади место для двух мопедов.
   Его огромная фигура выглядела весьма комично в машине: он весь сгибался, чтобы голова не втыкалась в крышу, а длинные ноги приходилось так близко подтягивать к подбородку, что он не мог сразу выйти из машины. Единственный доступный ему способ выбраться из автомобиля заключался в том, что он должен был открыть дверцу и вывалиться вправо, упираясь руками в землю, а затем вытащить