он был прямо-таки возмутительно молод, ну
  что это такое - двадцать три, в мирной жизни найдется масса народа, которые
  его могут и обозвать "мальчиком". Однако возраст на войне - понятие насквозь
  условное, а потому Олег и командовал десятком прикрывавших Ханкалу танков, а
  также, понятное дело, танкистами, которые смотрелись и вовсе салагами.
   Кое-как разместились на тесном пространстве, выставили принесенное, с
  верхних нар свесился молоденький танкист, передал на стол миску с солеными
  помидорами, чье происхождение было, надо полагать, покрыто мраком
  неизвестности. Под ногами крутился толстый светлый щенок, хватал за штанины.
   - Уникальный элемент, - показал на него Олег. - Когда мы этот блиндажик
  занимали, шваркнули внутрь гранату. Для порядка. Зашли, смотрим - этот
  вылезает, как будто так и надо. Жив остался, недослышит только... Миш, да ты
  пока оставь паковаться, прыгай за стол... У нас тут сборы, мужики, поступил
  приказ: передвинуться на сто пятьдесят метров в поле. Зачем, хрен его
  знает...
   Вот пришедшие-то как раз знали, зачем. Им-то было известно, что в Ханкалу
  в самом скором времени прилетит Путин, - но такую весть, понятно, далеко не
  до всех доводили.
   Впрочем, вполне возможно, танковая передвижка была затеяна и без особой
  связи с Путаным. Чересчур долго танкисты торчали на одном месте, успели
  обжиться, а следовательно, малость разлениться. Любой военный человек знает,
  что пресловутая канава "от рассвета и до забора", а также