до невеликой щели
  прицела...
   Они вылезли из "уазика", озираясь с ленивым любопытством людей,
  радующихся случайному безделью. Оба чечена взирали на компанию с той самой
  восточной отрешенностью, что они там себе думали, черт их знает.
   Над подъездом довольно хорошо для здешних мест сохранившейся пятиэтажки -
  всего-то вылетели все до единого стекла да верхние этажи чуток повыщербило
  пулеметными очередями - красовалась новенькая, совсем недавно присобаченная
  вывеска, гласившая: "НАРОДНЫЙ ЛЕКАРЬ И ЦЕЛИТЕЛЬ ИСМАИЛ". Краски довольно
  яркие, синяя с красной и желтой, едва просохли.
   Самой последней выпорхнула Катя - и тот "черный", что был помоложе,
  среагировал мгновенно. Девчонку нарядили продуманно и броско, причем с
  учетом менталитета тех, кого принято скопом именовать "лица кавказской
  национальности", - пышные светлые волосы распущены роскошной волной, под
  распахнутым черным плащом ослепительно-алое платьице открывает ножки так,
  что не только у "лиц" брызнут слюнки... А уж косметики пошло, братцы...
   Все разворачивалось строго по сценарию - залетная дива самого что ни на
  есть суперсексуального облика прохаживалась себе, голубушка, на стройных
  ножках, озираясь с брезгливым любопытством холеной столичной девочки,
  впервые увидевшей этакое. А сопутствующие лица толпились вокруг с видом
  бдительным и грозным, явно пижоня перед вверенной их бережению гостьей,
  держа стволы неуклюже и насквозь картинно, как неопытные статисты