ем резины и натуго
  перетянутый проволокой. Изготовились. Еще секунда - и действие началось
  резко. Чуть подпрыгнув, Курловский вмиг оборвал пыльную тряпку, Костя
  включил фонарь и бросил его внутрь. Фонарь с глухим стуком обрушился посреди
  комнаты, яркий луч, хлестнув вправо-влево, замер, уткнувшись в стену, и
  света вполне хватило, чтобы безошибочно просчитать происходящее внутри, а
  значит, и рвануться внутрь через подоконник, уже прекрасно представляя, видя
  происходящее там.
   Тот, что сидел допрежь на стуле, среагировал с похвальной быстротой,
  инстинктивно, а значит, видывал виды - он моментально рухнул на пол,
  распластался в углу, прикрывая руками голову, - словом, сделал все, чтобы
  уберечься от разрыва гранаты, насколько удастся. Парой секунд позже он,
  успев все-таки что-то такое сообразить, уже вскочил, весь в пыли, как черт,
  потянулся за пазуху - но на нем уже сидел Костя, выкрутив правую конечность
  и прижимая рожей к полу, а Курловский, мигом погасив фонарь, замер в углу,
  направив на дверь ствол автомата. Уже работая, оба слышали, как в соседней
  комнате возникло шевеление, негромкая возня.
   Приподняв пленного и прикрываясь им, как щитом, Костя навел на дверь дуло
  "Вектора".
   - Эй, как там? - тихо окликнул из соседней комнаты знакомый голос.
   - Хоп! - с превеликим облегчением ответил Курловский.
   Судя по тишине, Сергей с Булгаком уже успели скрутить того, кто обитал в
  маленькой комнате.
   Так и есть, конечно, - Сергей