у него сейчас не было ни капли гуманизма,
  потому что совсем недалеко лежал Булгак, и оттого, что потери были
  планируемыми, на душе легче не становилось, наоборот, есть вещи, к которым
  привыкнуть невозможно...
   Он размашистыми шагами направился к дереву, видя, что ситуация достигла
  надлежащего градуса: Нидерхольма пытались отпихнуть подальше от себя, а он,
  наоборот, прямо-таки лип к двум суровым палачам - должно быть, крепенько у
  бедняги в голове засело "только издалека"... Дозрел клиент до нужной
  кондиции, чего уж там...
   Жестом усмирив экзекуторов, Сергей присел на корточки рядом с насмерть
  перепуганным импортным человеком и перешел на английский, справедливо
  рассудив, что на сносный прежде русский Нидерхольма при таких
  обстоятельствах полагаться не стоит:
   - Хватит..Хватит, я сказал! Не нойте. Будете отвечать на вопросы,
  останетесь живы. В Москву увезем...
   - Вы обещаете?
   - Слово офицера... Где Джинн?
   - Не знаю, честное слово. Я не индеец, не могу ориентироваться на этой
  вашей чертовой местности. Горы и леса - все похожи друг на друга...
  Совершенно не понимаю, как тут можно находить дорогу... Он был в лагере,
  откуда мы выехали... В земле устроены замаскированные укрытия, их не видно,
  пока не подойдешь вплотную, честное слово... Мы ехали часа два, петляли,
  правда, немилосердно, тут нет никаких дорог...
   "Нет, он все же не разведчик, - отметил про себя Сергей.-Конечно, за
  минуту