го упражнения невольно складывалось
  впечатление, что впереди, в отдалении, завязались яростные огнестрельные
  переговоры с участием в конференции как минимум трех беседующих сторон.
   А потом Юрков еще и гранату рванул, шалун широкоплечий.
   Как и следовало ожидать, погоня остановилась мгновенно, пытаясь
  сообразить, что за чертовня происходит впереди и к чему это может послужить
  - к пользе для них или наоборот.
   Тогда из зарослей голого кустарника поднялся Гера-Краб, в потрепанном
  камуфляже и мохнатой черной папахе, опять-таки позаимствованной у злого
  ваххабита, которому она теперь без всякой надобности. И, сам по облику
  чистый ваххабит, крикнул дружелюбно и жизнерадостно:
   - Аллах акбар!
   Те, кто оказался ближе всех к нему, дернулись, конечно, от такой
  неожиданности, но автоматы все же чуточку приспустили, пытливо вглядываясь в
  столь неожиданно возникшего, как чертик из коробочки, единоверца. Эта
  доверчивость им обошлась дорого - Краб молниеносно выпустил короткую очередь
  из своего "Каштана", рухнул в кусты, тут же перекатившись, уходя с линии
  огня.
   И у погони осталось ровно десять живых и боеспособных.
   Секунды три оставшиеся в живых из всех стволов молотили по кустам, по
  тому месту, где Краба уже не было, - а потом с двух сторон по ним заработали
  два пулемета, расходуя патроны скупо и практично.
   И в живых из десяти осталось семеро.
   Они, заполошно оглядевшись, рванули вправо, под прикрытие пусть и голого,
  но