остался на
  месте. Мало того, проворно залегши, пополз в ту сторону, откуда показывался
  Краб, крича:
   - Не стреляй, брат! Иншалла!
   Такая вот, изволите ли видеть, оригинальная славянская рожа, взывающая к
  милости Аллаха... Дождавшись, когда ползущий перевалится через бугорок. Краб
  возник с неожиданной стороны, одним прыжком оказался у того на спине,
  придавил к земле и тихонько посоветовал:
   - Молчать. Кто такой?
   - Не стреляй, братишка, свои! - придушенно отозвался пленник, лежа
  неподвижно, словно нерадивая шлюха под клиентом. - Отряд Бадруддина, слышал?
  Ляилля иль-алла, Мохаммед расуль алла... Я свой, мусульманин, моджахед...
   - Да ну? - ухмыльнулся Краб и мастерским ударом отправил добычу в
  бессознательное состояние как минимум на четверть часа. Поскольку точно
  известно, что Бадруддин - один из Джинновых атаманов, иного обращения
  пленник и не заслуживал.
   Судя по результатам беглого обыска, оружия у вырубленного не оказалось.
  Окончательно установив этот радостный факт, Краб с помощью длинного куска
  веревки сноровисто присоединил запястья пленника к лодыжкам, повернул его
  голову так, чтобы, упаси господи, не задохся - и высунулся посмотреть, как
  обстоят дела у остальных. Стрельба, во всяком случае, не утихала...
   Охота была в самом разгаре - "кепарика" зажали со всех сторон и, действуя
  на нервы внезапными появлениями в самых неожиданных местах, скупыми
  очередями и пистолетными выстрелами гнали по пересеченке